Я подозреваю, что он впервые заметил их, когда поднялся крик. Во всяком случае, он был вдребезги пьян. Шериф, конечно, узнал Уиллета, как, впрочем, и меня, но раз Сет сообщил, что Уиллет - это Сокол, да еще с двумя черными пташками в постели, что-то нужно было делать. Они не могли в чем-либо обвинить Мишель. Она показала документы, где сказано, что обеих девушек она купила на аукционе и по закону они принадлежат ей. Она поклялась, что не имеет понятия, как Сет очутился на чердаке, и что Уиллет проделал это без ее ведома. Она была весьма убедительна. Если у него и есть сообщник в борделе, сказала Мишель, то это одна из ее шлюх, и пожелала им выяснить, кто именно. Декер легко представил себе Мишель в гневе - надменную и уверенную в своих правах. Она, по-видимому, очень старалась не переиграть и выглядеть убедительной. Интересно, не употребила ли она парочку французских выражений, которым он ее научил. Язык этот Мишель не любила, но явно испытывала пристрастие к французским ругательствам.

- Итак, Уиллета забрали. - У них не было другого выбора, - сказал Грэм. - Им показалось странным, что Уиллет пришел в бордель, чтобы переспать с этими девушками, ведь у него на плантациях полно чернокожих рабынь. На их взгляд, такое поведение было настолько необычным, что заявление Сета показалось им вполне вероятным. - А Сет? - Насколько мне известно, его вернули хозяину в Джорджию.

- А девушки? - Все еще у Мишель. Я помог Сету воспользоваться "железной дорогой" через Мишель из-за девушек. Она не отпускала их на север без сопровождающего.

Их обеих привезли на одном рабовладельческом судне. - На "Саламандре"? - осведомился Декер. - Нет. На каком-то другом чудовище. - Он помолчал, вспоминая. - Кажется, Мишель сказала, что это был "Хамелеон". Девушки совсем не говорят по-английски. Даже с документами об освобождении от рабства они недалеко уехали бы. Когда выяснилось, что мне самому придется уехать из Чарлстона, я хотел было взять их с собой, но Мишель отговорила меня. В голосе Грэма явно слышалось сожаление, и Декер медленно покачал головой. Грэм все еще считал, что мог поступить иначе. - Слава Богу, что она это сделала, и слава Богу, что вы ее послушались... Грэм пропустил эти слова мимо ушей. - Мишель купила девушек на мои деньги. Единственной целью этой покупки было их освобождение. Мишель была права, не желая отпускать их без сопровождения.

Просто я должен был продумать все это получше. Декер не стал спорить. Болезненная бледность лица Грэма остановила его. Он еще раз взглянул на часы. Врач вот-вот появится. - Я устрою переезд девушек, - сказал Декер, - когда в следующий раз окажусь в Чарлстоне. Это не составит труда, особенно если у них есть бумаги. Им не придется скрываться в убежище, а здесь, я знаю, их встретят с радостью. - Признаюсь, я надеялся, что вы это предложите.

Я хотел узнать, согласится ли на это ваша жена. Припоминаю, вы говорили мне, что она нанимает на работу свободных чернокожих. На этот раз ситуация иная, но эти девушки на самом деле свободные. Декер едва удержался от улыбки. Грэм с радостью воспринял бы рассказ о станции "подземной дороги", устроенной в доме Джонны, но с этим придется подождать, пока Грэм не сможет выслушать его более внимательно. Сейчас же вид у него был такой, словно самое большее, на что он способен, - это усидеть в кресле. - Вы пришли сюда из-за этого? - спросил Декер. - Узнать, не могу ли я помочь этим девушкам? Грэм смягчился. - Я в ответе за них, - сказал он. Декер ждал. Это объяснение показалось ему не очень убедительным. Этим можно оправдать появление Грэма Денисона в его доме, но не в Бостоне.

Должны быть более веские причины, заставившие Грэма уехать из Чарлстона. Грэм не прерывал молчания друга. Он тоже был по-своему терпелив. - Как вы думаете, готова моя комната? - спросил он. Услышав этот вопрос, Декер мгновенно вскочил на ноги. - Уверен, что готова. Пойдемте, я отведу вас. - Это прозвучало скорее как команда, чем как предложение, но Декер не извинился. Видя, с каким трудом Грэм поднимается с кресла, он подумал, что это нужно было сделать гораздо раньше.

Грэм едва сохранял равновесие, а выпитое им виски мало ему помогло. Декер протянул ему руку, но Грэм отмахнулся. - Я сам, - сказал он и тут же упал как подкошенный. Декер опустился на колено около Грэма и громко позвал Джека. Его не удивило, что тот очень быстро отозвался и с ним была Джонна. Они, конечно, не подслушивали под дверью, но находились где-то поблизости. - Джек, помогите мне поднять Грэма наверх. Беритесь за ноги. Я возьмусь за плечи. Джонна, в какой комнате... - В комнате моих родителей, - ответила та. - Она самая удобная. Декер согласно кивнул. - Готовы, Джек? - Он сосчитал до трех, и они подняли Грэма. Он был высокий, гибкий, но мускулистый, и в бессознательном состоянии оказался весьма тяжелым. Впрочем, Декер этого и ожидал. Джек споткнулся. - Осторожнее! - сказал Декер. - Не уроните... Восклицание Джонны заставило его замолчать.

Она тут же закрыла рот рукой, а другой указала на Грэма. Там, где полы его куртки разошлись, на жилете виднелось темно-красное пятно. Джек оглянулся через плечо, чтобы посмотреть, на что указывает Джонна. - Черт меня подери, если я знал, в чем тут дело, - тихо проговорил он. Декер ничего не сказал, хотя тоже был изумлен. - Давайте же, Джек, быстро наверх. Джонна, придержи, пожалуйста, дверь. Она пошла впереди них. Когда Грэма внесли в его комнату, она быстро откинула одеяло на постели и звонком вызвала на помощь служанок. Пока Декер и Джек стягивали с Грэма одежду, она ждала за дверью. Когда появились Аманда и Рейчел, она остановила их в коридоре, отдала Рейчел грязную одежду Грэма, а Аманду послала за горячей водой, полотенцем и бинтами. - И проводите врача наверх сразу же, как только он появится! - приказала она вслед убегающим девушкам. Джонна вошла в комнату. Джек стоял в ногах кровати, заложив руки за спину, а Декер сидел и кресле, придвинутом к кровати. Подойдя к Декеру, Джонна легко положила руку на его плечо. Грэм лежал неподвижно и с трудом дышал. В лице его, обрамленном темными волосами, не было ни кровинки.