Джонна торопливо заморгала. Раздражение исчезло, как только Декер начал оценивать комедию, разыгравшуюся в его спальне. - Я даже не мог об этом подумать, - сухо заметил он. - Вы уже насмотрелись? Охнув, Джонна закрыла глаза руками. - Пожалуйста, наденьте что-нибудь, - попросила она. Но теперь уже Декеру незачем было торопиться. Он осторожно вышел из ванны. - Вы можете уйти, мисс Ремингтон. - Но я ничего не вижу, - сказала Джонна. - У меня глаза закрыты руками. Я упаду, пока доберусь до двери. - Ваша логика оставляет желать лучшего, но я не стану спорить. Декер взял нижнее белье, натянул его, потом надел халат, но не подпоясался. "Нужно все-таки перевязать мои ребра", - подумал он. Сам он сделать это пока не мог. Декер присел на край кровати, досуха вытер волосы и расчесал их пальцами. - Теперь вы можете убрать руки, - сказал он и стал наблюдать за ней. Джонна начала медленно раздвигать пальцы, чтобы образовались щелки. - Ваше недоверие мне льстит, мисс Ремингтон. Ваши горничные более внимательно выполняют свои обязанности, чем вы. - Мои обязанности? - спросила Джонна, опуская руки на колени. - Какие обязанности? - Заботиться обо мне. Разве это не первейшая обязанность хозяйки дома?

- Вы хотите сказать, что о вас плохо заботились? - Я хочу сказать, что вы могли бы уважать мое право на уединение и не появляться в этой комнате всякий раз, когда я открываю глаза. Заметил ли он, как загорелись у нее щеки, подумала Джонна. Ей хотелось прикоснуться к своему лицу, но она сдержалась. Вместо этого она встала. Ее шелковый пеньюар был темно-сливового цвета. От ее движения подол взметнулся, переливаясь разными оттенками. Джонна стояла, опустив руки и сжав пальцы.