Если бы можно было просто отшутиться! - Я об этом не вспоминала уже много лет, закончила она. И Колину подумалось, что сегодняшняя ночь как раз такая, когда вспоминаются сокровенные вещи, хранящиеся где-то в самых дальних, в самых потаенных уголках сознания. Было что-то такое в необъятности этого черно-синего неба и ясном сиянии разбросанных по нему звезд, что заставляло память так же свободно переходить от одного воспоминания к другому, как глаза - от звезды к звезде. - Вы, наверное, были совсем маленькая, когда умерли ваши родители? - спросил он. Его вопрос помог ей собраться.

- Мне было четыре. Колин так и думал. Мерседес и Декер были примерно одного возраста. Когда он думал о брате, ему было очень трудно представить его взрослым. Он так и остался для него ребенком, каким был, когда его забрали из работного дома. Теперь, глядя на Мерседес, он наконец по-настоящему понял, что Декер ведь тоже вырос. - Вы хорошо запомнили их? - Что вы имеете в виду? - Вы помните, как они выглядели? Как они двигались, разговаривали? Может быть - что вы вместе с ними делали? Это были совсем не те вопросы, к которым она привыкла. О ее родителях если и упоминали, то только в связи с их смертью.