Я обязательно узнал бы их, если бы увидел, - Вензель королевы Елизаветы! - благоговейно прошептала Мерседес. - Как же вы передали их своим братьям? - Когда я в последний раз взял на руки Грейдона, я повернулся ко всем спиной и засунул сережку между его рубашечкой и одеялом. А другую я положил в карман Декера в то утро, когда провожал его к новым родителям.

Декер, наверное, узнал сережку, которую носила его мать. Я не представляю себе, что сделали те супруги с сережкой, которую нашли в пеленках малыша, и вообще нашли ли. Колин глубоко вдохнул и медленно выдохнул. - В восемь лет я понимал, что могу никогда больше не узнать своих братьев. Сережки - это единственное, что связывает меня с ними. - Он невесело рассмеялся. - Но трудно себе представить, что когда-нибудь я встречу их и опознаю по серьге в ухе. Мерседес подумала то же самое, но у нее не хватило духу сказать ему это. - Неужели вы действительно думаете, что если вы сейчас прекратите поиски, то этим нарушите свое обещание? Колин ответил не сразу. Он уставился взглядом в потолок, наблюдая игру теней и света от огонька лампы, который то ярко вспыхивал, то трепетал, еле теплясь. - Придется от этого отказаться, - сказал он наконец. - Придется признать, что я потерпел неудачу в единственном деле, которым занимался всю жизнь. - Неудачу? - удивилась Мерседес. - В единственном деле... А как же ваши рекорды, которые вы ставили на своих клиперах, пари, которые вы выигрывали? У вас есть прекрасная команда, и к вашим услугам целая флотилия кораблей. Уэйборн-Парк теперь ваш. Как же вы можете говорить, что никогда ничего не делали, кроме поиска своих братьев?