Что касается близнецов, то это не менее десяти лет, хотя я не совсем уверена, что им этого срока хватит. Колин удобно расположился в кресле за столом, взял в руки нож для писем и откинулся на спинку. Слушая Мерседес, он рассеянно крутил нож в руке. Когда она остановилась, чтобы перевести дыхание, он задумчиво взглянул на нее. - Вы закончили? - спросил он, помедлив - Еще нет. Он кивнул: - Тогда продолжайте. - Это еще вопрос, сможете ли вы получить имущество графа в его отсутствие. Да еще Северн предъявит вам обвинение. Так что Уэйборн-Парк если и достанется вам, то лишь после всяких разбирательств и проверок. И если судьба вам все-таки улыбнется и вы станете владельцем Уэйборн-Парка, нужно еще доказать, что вы можете управлять имением.

Легко и просто обещать финансовую щедрость моим братьям и сестрам, а будут ли у вас средства поддержать их? Уэйборн-Парк требует больших денег, и если вы думаете сразу получить прибыль, что вы, американцы, так любите делать, то прежде сто раз подумайте. На это имение вам придется выгрести из ваших глубоких карманов все до последнего шиллинга, прежде чем дождетесь доходов. И то если удастся нанять дельного управляющего, который знает до тонкости своих арендаторов и не станет подчищать записи в книгах ради собственной выгоды. Колин продолжал задумчиво смотреть на нее. Интересно, скоро ли истощится запас ее красноречия? - Вы закончили? - Нет, - уверенно сказала она. - Землевладельцы - мертвые души - просто проклятие здешних мест. Среди них много таких, как мой дядя: они считают, что им кто-то обязан помогать. С арендаторами никто не считается, земли истощены.

Если случается неурожай, то обвиняются погода, насекомые или арендаторы. Никто не надеется на правительство, которое душит торговлю и всякое желание работать. Вы совершенно посторонний человек, что вы можете знать о нашей политике? И как вы сможете повлиять на ситуацию, находясь за тысячи миль отсюда на своем корабле где-нибудь в восточных морях? У вас здесь нет корней. В Уэйборн-Парке не может быть ничего для вас привлекательного, кроме способа, которым, как вам кажется, вы его получили. Что случится с людьми, которые здесь живут, когда вы решите, что достаточно наигрались со своей игрушкой? Похоже, вы все одержимы одной и той же прихотью, которая в первую очередь и привела вас сюда!

От волнения в голосе Мерседес появилась хрипотца, ни щеках играл румянец. Она посмотрела на часы, стоявшие на каминной доске позади Колина. - Капитан Торн, вы еще можете успеть на лондонский дилижанс. Будет лучше, если вы уедете. Никто не хочет вас здесь видеть. Воцарилось долгое молчание. Затем Колин спросил: - Вы закончили свою речь?

Смущенная тем, что он не торопится покинуть комнату, она молча кивнула. - Сядьте, Мерседес, - сказал он. - Я уже утомился смотреть на вас снизу вверх. Она была уверена, что он совершенно умышленно на-звал ее по имени, чтобы напомнить ей о тех минутах, которые и давали ему право на фамильярность и о которых ей не хотелось и думать. У нее не было никакого предлога, чтобы протестовать. Он просто делает то, что ему нравится. - Мне удобнее стоять, - ответила она ему. - Это не предложение. Мерседес села, будто кто-то выдернул у нее из-под ног ковер. Ее кратковременный бунт не доставил ей никакого удовлетворения. Она примостилась на краешке кресла, очень прямо держа спину, выгнув плечи и стиснув руки на коленях. Через несколько минут ее мышцы начнут протестовать против такой неестественной позы, но Мерседес решила, что будет терпеть до последнего. Колин перестал играть ножом для писем и опустил его. В отличие от Мерседес он почти полностью растянулся в просторном кожаном кресле.

Локти его небрежно покоились на подлокотниках, а пальцы были переплетены на плоском животе. Он даже слегка поигрывал большими пальцами. Из-за вытянутой позы и откинутой назад головы пронзительный взгляд Колина казался более скрытым, чем обычно. Он смотрел на нее поверх своего орлиного носа, слегка приоткрыв твердые губы. Даже рисунок его подбородка под этим углом зрения казался более рельефным. - Да, это была целая речь, - сказал он наконец. Без всякого предупреждения он вскочил на ноги и стряхнул с себя маску терпения и сдержанности, будто легкий плащ. Колин вышел из-за стола и оперся бедром о край стола, точно так же, как в их первую встречу здесь. Таким образом он мог находиться где-то на грани между отдыхом и готовностью к действию, наслаждаясь удобной позой, но помня об опасности. Это было самое естественное состояние Колина. - Вы, наверное, отчетливо представляете себе, что я готов поспорить с вами о некоторых вещах? Мерседес величественно кивнула, будто разрешая ему говорить, хотя прекрасно знала, что все равно не смогла бы его остановить. - Обри поехал в Лондон, но не на клипер "Таинственный Ремингтон", как вы подумали, а чтобы найти адвоката, которого я нанял.